ТРАВМА
Что исцеляет травму?
Мария Будишевская
Автор
Планета одиночества, которую не покинуть в одиночку.
Бывает, чувствуешь, будто живешь не на своей орбите. Вроде бы всё на месте: ты читаешь умные книги, старательно разбираешь прошлое, даже понимаешь «откуда ноги растут». А внутри всё тот же — замкнутый круг. Одна и та же боль, будто заевшая пластинка, один и тот же тупик в отношениях, одно и то же чувство, что ты вечный путник в лабиринте без выхода.
Мы часто думаем, что травма — это конкретное событие. Тот самый день, разговор, взгляд, пережитое насилие.
Но на самом деле травма — это не то, что произошло с Вами. Это наоборот то, чего НЕ случилось с вами в момент боли. Не случилось тепла, поддержки, принятия. Не случилось выхода вашей энергии, злости.
Травма — это одиночество, в котором Вы остались с болью.
В этом месте чувства попали в вакуум, где не было ни одного живого, тёплого взгляда, способного её выдержать вместе с вами. Не было слов «Я с тобой». Не было объятий. Не было безопасного места, где тело могло выдохнуть или куда ноги могли прибежать.
Травма - это невыраженная энергия, застывшая в кулаках, в крике, в сопротивлении чему-то, в невозможности опереться об кого-то или услышать, что "ты в этом не виноват".
Наша психика, спасая нас, делает единственное, что может: она замораживает часть реальности. В шаманизме вы можете встретить термин "потерянная часть души". Эту часть не забрали, эта часть - капсула времени с застывшей болью. Она и становится той самой «планетой одиночества» внутри вас. Вы можете лететь по жизни дальше, перемещаясь во вселенной, но гравитация этой невидимой планеты будет искривлять всё ваше пространство: ваши орбиты притяжения, ваши выборы, ваши «люблю» и «хочу».
В месте с законсервированной болью, вы переключаетесь в режим выживания: оцепенение, подавление чувств и телесных ощущений, чрезмерный контроль..
Эти механизмы спасают в острый период, но со временем превращаются в барьер, мешающий жить полной жизнью, в ту стену, которая мешает видеть ясно, чувствовать больше, и, конечно, раскрывать способности.
И здесь мы снова не обойдёмся без парадокса. То, что было создано в одиночестве, не может быть исцелено в одиночестве.
Хотя я люблю говорить по-другому: мы травмировались об кого-то, и исцелиться мы можем тоже только через кого-то.
Можно сколь угодно долго созерцать эту планету из иллюминатора своего аналитического ума. Но чтобы растопить её лёд, нужен не только свет понимания, а тепло другого живого присутствия.
Почему? Потому что наша нервная система и тело — древнее и мудрее нашего ума. Наш животный мозг (лимбическая система) не знает что такое "просто забудь!". Она училась не на книжках, а на опыте. И опыт проживания травмы - это опыт безопасности. Опыт, когда рядом кто-то есть, и вы не разлетитесь на осколки от собственных чувств.
Бывает, чувствуешь, будто живешь не на своей орбите. Вроде бы всё на месте: ты читаешь умные книги, старательно разбираешь прошлое, даже понимаешь «откуда ноги растут». А внутри всё тот же — замкнутый круг. Одна и та же боль, будто заевшая пластинка, один и тот же тупик в отношениях, одно и то же чувство, что ты вечный путник в лабиринте без выхода.
Мы часто думаем, что травма — это конкретное событие. Тот самый день, разговор, взгляд, пережитое насилие.
Но на самом деле травма — это не то, что произошло с Вами. Это наоборот то, чего НЕ случилось с вами в момент боли. Не случилось тепла, поддержки, принятия. Не случилось выхода вашей энергии, злости.
Травма — это одиночество, в котором Вы остались с болью.
В этом месте чувства попали в вакуум, где не было ни одного живого, тёплого взгляда, способного её выдержать вместе с вами. Не было слов «Я с тобой». Не было объятий. Не было безопасного места, где тело могло выдохнуть или куда ноги могли прибежать.
Травма - это невыраженная энергия, застывшая в кулаках, в крике, в сопротивлении чему-то, в невозможности опереться об кого-то или услышать, что "ты в этом не виноват".
Наша психика, спасая нас, делает единственное, что может: она замораживает часть реальности. В шаманизме вы можете встретить термин "потерянная часть души". Эту часть не забрали, эта часть - капсула времени с застывшей болью. Она и становится той самой «планетой одиночества» внутри вас. Вы можете лететь по жизни дальше, перемещаясь во вселенной, но гравитация этой невидимой планеты будет искривлять всё ваше пространство: ваши орбиты притяжения, ваши выборы, ваши «люблю» и «хочу».
В месте с законсервированной болью, вы переключаетесь в режим выживания: оцепенение, подавление чувств и телесных ощущений, чрезмерный контроль..
Эти механизмы спасают в острый период, но со временем превращаются в барьер, мешающий жить полной жизнью, в ту стену, которая мешает видеть ясно, чувствовать больше, и, конечно, раскрывать способности.
И здесь мы снова не обойдёмся без парадокса. То, что было создано в одиночестве, не может быть исцелено в одиночестве.
Хотя я люблю говорить по-другому: мы травмировались об кого-то, и исцелиться мы можем тоже только через кого-то.
Можно сколь угодно долго созерцать эту планету из иллюминатора своего аналитического ума. Но чтобы растопить её лёд, нужен не только свет понимания, а тепло другого живого присутствия.
Почему? Потому что наша нервная система и тело — древнее и мудрее нашего ума. Наш животный мозг (лимбическая система) не знает что такое "просто забудь!". Она училась не на книжках, а на опыте. И опыт проживания травмы - это опыт безопасности. Опыт, когда рядом кто-то есть, и вы не разлетитесь на осколки от собственных чувств.
Как говорил Ирвин Ялом, человеку становится легче не тогда, когда он всё понял, а тогда, когда он больше не один со своей болью.
Отсюда и этот «магнетизм», эта странная химия, которая тянет нас к определённым людям. Это не судьба и не карма. Это та самая замороженная планета внутри ищет своего отражения. Ищет шанс — вновь оказаться в похожей ситуации, но на этот раз проиграть её иначе. Не осознать умом, а прожить телом и душой в новом, безопасном ключе. Чтобы нервная система наконец записала в свой архив: «Можно выжить. Можно выстоять. Я не один».
Именно поэтому в терапии (я называю это «пространством встречи») главное — не интерпретация, а контакт. Безопасный, выдержанный, живой. Роль того, кто рядом — не стать спасителем или учителем. А стать тем самым «другим». Свидетелем. Той самой живой планетой, чья гравитация мягка и предсказуема, которая может выдержать вес твоей истории, не разрушившись и не оттолкнув. Это и есть момент алхимии: боль, которую наконец-то разделили, перестаёт быть тюрьмой. Она становится просто памятью.
А потом случается самое интересное и немного пугающее. Когда гравитация старой боли ослабевает, возникает пространство. Тишина. И в ней звучит простой, но оглушительный вопрос: «А чего я хочу на самом деле?» Без оглядки на боль, на выживание, на старые спасательные сценарии. Это момент, когда ты впервые встречаешься со своим подлинным «Я». Не тем, что выживало, а тем, что хочет жить.
Этот путь — от застывшей планеты одиночества к новой, созидательной орбите — невозможен в вакууме. Он начинается с шага к Другому. С доверия к тому, что твою тьму можно разделить. И в этом разделении — не в советах, не в инструкциях — рождается настоящее исцеление. Рождается свобода.
Не там, где ты стал сильнее. А там, где ты позволил себе быть уязвимым — и обнаружил, что мир не рухнул. А, наоборот, наконец, стал настоящим.
С любовью и верой в ваши новые орбиты,
Мари.
МЕНЯТЬ СЕБЯ - УТОПИЯ.
Как и всё, что похоже на "ломать" и "переделывать".
Именно поэтому в терапии (я называю это «пространством встречи») главное — не интерпретация, а контакт. Безопасный, выдержанный, живой. Роль того, кто рядом — не стать спасителем или учителем. А стать тем самым «другим». Свидетелем. Той самой живой планетой, чья гравитация мягка и предсказуема, которая может выдержать вес твоей истории, не разрушившись и не оттолкнув. Это и есть момент алхимии: боль, которую наконец-то разделили, перестаёт быть тюрьмой. Она становится просто памятью.
А потом случается самое интересное и немного пугающее. Когда гравитация старой боли ослабевает, возникает пространство. Тишина. И в ней звучит простой, но оглушительный вопрос: «А чего я хочу на самом деле?» Без оглядки на боль, на выживание, на старые спасательные сценарии. Это момент, когда ты впервые встречаешься со своим подлинным «Я». Не тем, что выживало, а тем, что хочет жить.
Этот путь — от застывшей планеты одиночества к новой, созидательной орбите — невозможен в вакууме. Он начинается с шага к Другому. С доверия к тому, что твою тьму можно разделить. И в этом разделении — не в советах, не в инструкциях — рождается настоящее исцеление. Рождается свобода.
Не там, где ты стал сильнее. А там, где ты позволил себе быть уязвимым — и обнаружил, что мир не рухнул. А, наоборот, наконец, стал настоящим.
С любовью и верой в ваши новые орбиты,
Мари.
МЕНЯТЬ СЕБЯ - УТОПИЯ.
Как и всё, что похоже на "ломать" и "переделывать".
В своей работе я постоянно сталкиваюсь с тем, что многие люди ощущают себя запертыми в границах собственной судьбы на протяжении долгих лет. Они разбирают прошлое, изучают литературу по психологии, пытаются понять причины своих чувств и поступков — но всё равно снова и снова оказываются в ловушке знакомых болезненных ситуаций. Ощущение бесконечного цикла, воспроизведение одних и тех же неудач, эмоциональное истощение — всё это частые признаки непроработанной травмы.
Однако главное — уяснить: травма коренится не в самом событии, а в пережитом одиночестве. И движение к исцелению начинается там, где возникает подлинный контакт с другим.
Травма — это переживание изоляции, а не конкретный инцидент
Мы склонны полагать, что травму наносят сами события — потеря, насилие, предательство или отвержение. На деле же травма возникает там, где человек остаётся наедине со своей болью, когда рядом не оказывается того, кто мог бы без осуждения принять и разделить её переживание. В критический момент психика переключается в режим выживания: оцепенение, подавление чувств, чрезмерный контроль — всё это способы самозащиты от непереносимых переживаний. Эти механизмы спасают в острый период, но со временем превращаются в барьер, мешающий жить полной жизнью.
Франц Рупперт выразил это кратко:
«Травма живёт в изоляции. Исцеление происходит в контакте».
В этом и заключён основной принцип: без участия другого человека травматический опыт не может быть полностью интегрирован.
Почему одного понимания мало
Современный подход часто сводится к культивированию осознанности, к анализу своих реакций и прошлого. Но необходимо разделять: интеллектуальное понимание — это одно, а перестройка нервной системы — совершенно другое.
Бессел ван дер Колк отмечает, что нервная система меняется не от инсайтов, а от нового опыта безопасности. Это означает, что даже самое глубокое осознание своих травматических шаблонов не изменит их, пока они не будут прожиты заново — но уже в безопасных, принимающих отношениях.
Ирвин Ялом говорил об этом так:
«Человеку становится легче не тогда, когда он всё понял, а тогда, когда он больше не один со своей болью».
Этим и объясняется навязчивое повторение одних и тех же сюжетов в отношениях: психика бессознательно ищет безопасное пространство, чтобы заново проиграть травму, но уже с иным, исцеляющим исходом.
«Магнетизм» травмы и цикличность отношений
Непроработанная травма создаёт своеобразное поле притяжения к определённым людям. Возникает ощущение мгновенной связи, «химии», словно встретил самого близкого человека. Однако часто за этой близостью следуют боль и разочарование: за интенсивным сближением вновь следует травматичный сценарий. Психика действует как компас, направляя человека к тем, кто потенциально воспроизведёт старую боль, — но с тайной надеждой на этот раз справиться. Это не осознанный выбор, а механизм, направленный на завершение незавершённого опыта.
Любопытно, что при выборе психолога клиент часто руководствуется тем же чувством «отклика». И это точный ориентир: такой специалист, скорее всего, прошёл через собственное исцеление и сможет создать то самое безопасное пространство для повторного, но уже поддерживаемого проживания травмы.
Исцеляющая сила терапевтических отношений
В терапии появляется шанс заново проиграть старую историю, но в новых, безопасных условиях. Задача психолога — быть устойчивым, принимающим свидетелем переживаний клиента. Здесь нет оценок, требований или давления — только присутствие и поддержка.
Габор Матэ говорил:
«Мы не можем отпустить боль, пока кто-то не поможет нам её выдержать».
В этом и заключается суть терапии: через контакт, через присутствие другого, через безопасное выражение эмоций нервная система постепенно переучивается, а старые шаблоны теряют свою силу.
Что приходит на смену травме
После того как человек выходит из плена травматического цикла, его может охватить растерянность: «А чего же я хочу на самом деле?» Годы жизни были подчинены стратегиям выживания, избегания боли, и теперь внутри образовалось свободное пространство. Но это не пустота — это возможность. Возможность встретиться с подлинным собой, со своими желаниями, интересами, тем настоящим «Я», которое долго было скрыто под маской выжившего.
Именно на этом этапе начинается по-настоящему перспективная работа: исследование своих истинных потребностей, развитие осознанного выбора в отношениях, построение жизни на основе своих ценностей, а не на воспроизведении травмы.
Важность контакта за пределами терапии
Стоит помнить, что исцеление происходит не только в кабинете специалиста. Отношения с друзьями, партнёром, близкими также могут стать целительным пространством. Ключ — в выборе тех, с кем вы чувствуете связь и отклик, но теперь не через боль, а через возможность быть собой. Тогда «магия притяжения» преображается: вместо повторения старых сценариев вы создаёте отношения, основанные на взаимном уважении, доверии и поддержке.
Однако главное — уяснить: травма коренится не в самом событии, а в пережитом одиночестве. И движение к исцелению начинается там, где возникает подлинный контакт с другим.
Травма — это переживание изоляции, а не конкретный инцидент
Мы склонны полагать, что травму наносят сами события — потеря, насилие, предательство или отвержение. На деле же травма возникает там, где человек остаётся наедине со своей болью, когда рядом не оказывается того, кто мог бы без осуждения принять и разделить её переживание. В критический момент психика переключается в режим выживания: оцепенение, подавление чувств, чрезмерный контроль — всё это способы самозащиты от непереносимых переживаний. Эти механизмы спасают в острый период, но со временем превращаются в барьер, мешающий жить полной жизнью.
Франц Рупперт выразил это кратко:
«Травма живёт в изоляции. Исцеление происходит в контакте».
В этом и заключён основной принцип: без участия другого человека травматический опыт не может быть полностью интегрирован.
Почему одного понимания мало
Современный подход часто сводится к культивированию осознанности, к анализу своих реакций и прошлого. Но необходимо разделять: интеллектуальное понимание — это одно, а перестройка нервной системы — совершенно другое.
Бессел ван дер Колк отмечает, что нервная система меняется не от инсайтов, а от нового опыта безопасности. Это означает, что даже самое глубокое осознание своих травматических шаблонов не изменит их, пока они не будут прожиты заново — но уже в безопасных, принимающих отношениях.
Ирвин Ялом говорил об этом так:
«Человеку становится легче не тогда, когда он всё понял, а тогда, когда он больше не один со своей болью».
Этим и объясняется навязчивое повторение одних и тех же сюжетов в отношениях: психика бессознательно ищет безопасное пространство, чтобы заново проиграть травму, но уже с иным, исцеляющим исходом.
«Магнетизм» травмы и цикличность отношений
Непроработанная травма создаёт своеобразное поле притяжения к определённым людям. Возникает ощущение мгновенной связи, «химии», словно встретил самого близкого человека. Однако часто за этой близостью следуют боль и разочарование: за интенсивным сближением вновь следует травматичный сценарий. Психика действует как компас, направляя человека к тем, кто потенциально воспроизведёт старую боль, — но с тайной надеждой на этот раз справиться. Это не осознанный выбор, а механизм, направленный на завершение незавершённого опыта.
Любопытно, что при выборе психолога клиент часто руководствуется тем же чувством «отклика». И это точный ориентир: такой специалист, скорее всего, прошёл через собственное исцеление и сможет создать то самое безопасное пространство для повторного, но уже поддерживаемого проживания травмы.
Исцеляющая сила терапевтических отношений
В терапии появляется шанс заново проиграть старую историю, но в новых, безопасных условиях. Задача психолога — быть устойчивым, принимающим свидетелем переживаний клиента. Здесь нет оценок, требований или давления — только присутствие и поддержка.
Габор Матэ говорил:
«Мы не можем отпустить боль, пока кто-то не поможет нам её выдержать».
В этом и заключается суть терапии: через контакт, через присутствие другого, через безопасное выражение эмоций нервная система постепенно переучивается, а старые шаблоны теряют свою силу.
Что приходит на смену травме
После того как человек выходит из плена травматического цикла, его может охватить растерянность: «А чего же я хочу на самом деле?» Годы жизни были подчинены стратегиям выживания, избегания боли, и теперь внутри образовалось свободное пространство. Но это не пустота — это возможность. Возможность встретиться с подлинным собой, со своими желаниями, интересами, тем настоящим «Я», которое долго было скрыто под маской выжившего.
Именно на этом этапе начинается по-настоящему перспективная работа: исследование своих истинных потребностей, развитие осознанного выбора в отношениях, построение жизни на основе своих ценностей, а не на воспроизведении травмы.
Важность контакта за пределами терапии
Стоит помнить, что исцеление происходит не только в кабинете специалиста. Отношения с друзьями, партнёром, близкими также могут стать целительным пространством. Ключ — в выборе тех, с кем вы чувствуете связь и отклик, но теперь не через боль, а через возможность быть собой. Тогда «магия притяжения» преображается: вместо повторения старых сценариев вы создаёте отношения, основанные на взаимном уважении, доверии и поддержке.
И это мне даже не придётся вам доказывать, ведь это уже сделал психотерапевт Арнольд Бейссер аж в 1970 году в своей прекраснейшей парадоксальной теории изменений,
которая гласит:
которая гласит:
Each type of visual aid has pros and cons that must be evaluated to ensure it will be beneficial to the overall presentation. Before incorporating visual aids into speeches, the speaker should understand that if used incorrectly, the visual will not be an aid, but a distraction. Planning ahead is important when using visual aids.
It is necessary to choose a visual aid that is appropriate for the material and audience. The purpose of the visual aid is to enhance the presentation.
It is necessary to choose a visual aid that is appropriate for the material and audience. The purpose of the visual aid is to enhance the presentation.
Amanda Plummer
Actress
запишитесь на консультацию, чтобы ваш процесс изменений и ПРЕОБРАЖЕНИЙ
был мягче и в удовольствие
был мягче и в удовольствие
Читать ещё
Что такое - синхрония? Почему менять себя -утопия? Как ДАО помогает в психотерапии? О квантовой рыбалке за удачей и многое другое для ваших инсайтов, поддержки себя и вдохновения.
